Как уже писалось выше, всю злобу свою и ненависть демоны обрушили на человека, который является образом Божиим. Все их усилия направлены на погубление как можно большего числа душ человеческих. Для этого они употребляют все свои возможности и силы. «Диавол отовсюду пытает,— говорит святитель Григорий Богослов,— высматривает, где низложить, где уязвить и найти, что не защищено и открыто для удара; чем более видит чистоты, тем более усиливается осквернить… Злой дух принимает на себя двоякий образ, раскидывая то ту, то другую сеть: он — или глубочайшая тьма (явное зло), или превращается в светлого ангела (прикрывается видом добра и обольщает умы кроткой улыбкой), почему и нужна особая осторожность, чтобы вместо света не встретиться со смертью»[1]. О необходимости особой внимательности и бдительности предупреждает и святой апостол Павел, говоря: сам сатана принимает вид Ангела света, а потому не великое дело, если и служители его принимают вид служителей правды, но конец их будет по делам их (2 Кор. 11:14—15).
В борьбе с человеком падшие духи воздействуют на его тело, мысленную, чувственную и волевую сферы. Демоны могут убивать людей, наводить на них болезни и входить в них (то есть завладевать их телом). Последний пункт мы рассмотрим здесь более подробно.
Демоны входят во внутренность человеческого тела всем газообразным существом своим, подобно тому, как входит в неё воздух. Подробное описание этого факта мы видим у Мотовилова в его рассказе о том, как нечистый дух завладел его телом и мучил его многие годы. «Я задумался,— пишет Мотовилов,— как это может случиться, что православная христианка, приобщающаяся Пречистых и Животворящих Тайн Господних, и вдруг одержима бесом и притом такое продолжительное время, как тридцать с лишним лет. И подумал я: вздор! этого быть не может! Посмотрел бы я, как бы посмел в меня вселиться бес, раз я часто прибегаю к Таинству Святого Причащения!» И в это самое мгновение страшное, холодное, зловонное облако окружило его и стало входить в его судорожно стиснутые уста. Как ни бился несчастный Мотовилов, как ни старался защитить себя от льда и смрада вползавшего в него облака, оно вошло в него всё, несмотря на все его нечеловеческие усилия. Руки были точно парализованы и не могли сотворить крестного знамения, застывшая от ужаса мысль не могла вспомнить спасительного имени Иисусова. Отвратительно ужасное совершилось и для H.A. Мотовилова. Наступил период тягчайших мучений… «Господь сподобил меня на себе самом испытать, а не во сне и не в привидении, три геенские муки: первая — огня несветимого и неугасимого ничем более, как лишь одною благодатию Духа Святого. Продолжались эти муки в течение трёх суток, так что я чувствовал, как сожигался, но не сгорел. Со всего меня по 16 или 17 раз в сутки снимали эту геенскую сажу, что было видимо для всех. Престали эти муки лишь после исповеди и причащения Святых Тайн Господних… Вторая мука в течение двух суток — тартара лютого геенского, так что огонь не только не жёг, во и согревать меня не мог. По желанию Его Преосвященства я с полчаса держал руку над свечою, и она вся закоптела донельзя, но не согрелась даже… Обе эти муки давали хоть мне возможность пить и есть, и спать немного мог при них, и видимы они были всем. Но третья мука геенская, хотя на полсуток ещё уменьшилась,ибо продолжалась только 1—1,5 суток и едва ли более, но зато велик был ужас и страдание от неописуемого и непостижимого. Как я жив остался от неё! Исчезла она тоже от исповеди и Причащения Святых Тайн Господних… Эта мука была — червя неусыпаемого геенского, и червь этот никому более, кроме меня самого и владыки Антония, не был виден, но я при этом не мог ни спать, ни есть, ни пить ничего, потому что я не только весь сам был преисполнен этим наизлейшим червем, который ползал во мне во всем и неизъяснимо ужасно грыз всю мою внутренность, выползаючи через рот, уши и нос, снова во внутренности мои возвращался. Бог дал мне силу на него, и я мог брать его в руки и растягивать…» Вскоре после этого странного и недоступного для обыкновенного человека видения Мотовилов имел видение своего покровителя — преподобного Серафима, который утешил страдальца обещанием, что ему скоро будет дано исцеление.[2] Это был факт открытого нападения сатаны, допущенный Господом Богом для спасения души (возможно, для исцеления от страсти гордости) Мотовилова, дружки преподобного Серафима.
Демон, войдя в человека, не смешивается с душою, но пребывает в теле, обладая насильственно душою и телом. По указанию святителя Игнатия Брянчанинова, «газы имеют в особом развитии свойство упругости, то есть свойство принимать различной меры объём; очевидно, что и демоны имели это свойство, по которому множество их может помещаться в одном человеке, как говорит об этом Евангелие (Лк. 8:29)»[3]. По свидетельству святого Иоанна Кассиана, «бесы наводят страшное помрачение разумных чувств души; [это происходит] наподобие явлений, бываемых от вина, лихорадки или чрезмерного холода»[4].
Но нашу душу демон не может сделать своим вместилищем. Это возможно лишь для Единой Троицы. «Нечистые духи,— свидетельствует Иоанн Кассиан,— не иначе проникают в тела одерживаемых ими, как овладев наперёд их умами и помышлениями. Обнажив умы от одежды страха Божия, памяти о Боге, злые духи нападают на них как на обезоруженных и лишённых Божией помощи и Божия ограждения, и потому удобно побеждаемых и, наконец, устрояющих в них жилища, как бы в представленном им владении»[5]. Об этом же свидетельствует и Григорий Богослов: «диавол завладеть нами всецело не может никакими способами; если сильно овладевает некоторыми, то только по собственному произволению овладеваемых без сопротивления (Иак. 4:7)»[6]. Таким образом, из всего вышесказанного можно сделать вывод о том, что непосредственное вселение злого духа в человека происходит только по особому попустительству Господа и зачастую является следствием страстной и легкомысленной жизни грешника.
Не вселение, а овладение человеком посредством внешнего подчинения сил души его демонической воле наблюдается гораздо более часто, чем беснование. Характерным примером этого может служить Иуда. Слова Евангелия вошёл сатана в Иуду не следует понимать так, что Иуда сделался бесноватым в полном смысле этого слова. Святой Иоанн Богослов говорит, что через страсть сребролюбия сатана сначала проник в душу ученика (Ин. 12:6), потом полнее овладел его сердцем (Ин. 13:2) и, наконец, решительно вселился в него (Ин. 13:27). Здесь мы видим яркий пример постепенного овладения демоном душою грешника посредством всё усиливающейся страсти сребролюбия.
Одним из главных образов воздействия нечистых духов на людей является воздействие на их мысленную сферу путём привнесения туда различных греховных помыслов. Находясь вне досягаемости для телесных чувств человека, демоны, воздействуя на его ум, привносят туда различные мысли, которые индивидуум, не веду́щий духовную жизнь, принимает за свои. И если он принимает их и соглашается с ними, то через это становится проводником чужой злой воли, постепенно овладевающей им всецело. «Нередко,— говорит Антоний Великий,— будучи сами невидимы, [злые духи] представляются благоговейными собеседниками, чтобы обмануть подобием образа и обольщённых ими вовлечь во что хотят»[7]. Демоны, зная, что люди любят истину, принимают на себя личину правды и этим средством изливают яд в своих последователей. Так обманул некогда диавол Еву, говоря ей не свои слова, но якобы повторяя слова Божии, при этом извращая их смысл (см. Быт. 3:1). Так обольстил он супругу Иова, научив её излишеству любви к мужу, а отсюда и хуле на Бога: Похули Бога иумри (Иов. 2:9), — сказала она, веруя, что за хулу Бога человек немедленно подвергается смерти и тем самым заканчиваются его тяжкие земные мучения. Taк обольстил диавол и обманул всех людей, извращая суть вещей, и всех увлёк в пропасть ада.
Однако необходимо отметить, что при борьбе с нами демоны не знают расположения наших сердец, не могут читать наши мысли, но из слов, какие мы произносим в беседе, из действий внешнего человека при разговорах, «вставании, сидении, поступи, взоре усматривают, — согласно мнению Еваргия монаха,— наше внутреннее устроение, чтобы во время молитвы омрачать наш ум злыми помыслами, соответствующими расположению страсти: льстивым весь день поучахуся (Пс. 37:13)»[8]. А вот что об этом говорит святой Исидор Пелусиот: «Диавол не знает того, что у нас в мыслях, потому что это исключительно принадлежит одной силе Божией; но по телесным движениям уловляет он думы. Увидит ли, например, что иной пытливо смотрит и насыщает глаза чуждыми красотами? Воспользовавшись его устроением, тотчас возбуждает такого человека к прелюбодеянию. Увидит ли одолеваемого чревоугодием? Тотчас живо представит ему страсти, порождаемые чревоугодием, и доставляет служащее к приведению намерения своего в действие. Поощряет к разбою и неправедному приобретению»[9].
Подвигоположник Христос Бог уравнивает силы борющихся и укрощает свирепую ярость злых духов, которые без попущения Божия не могут искушать людей, как это видно из жизни Иова. Даже войти в свиное стадо бесы сами не во власти, а Господь не попускает им искушать человека свыше его сил, но в борении подает христианину силы, дающие ему возможность выйти победителем.
Кроме мысленной сферы, падшие духи могут приражаться ещё и к чувственной и волевой сторонам души человека. Вот что об этом пишет преподобный Нил Синайский: «Когда завистливый демон не успеет привести в движение память, тогда воздействует на кровь и соки, чтобы через них произвести в уме воображение и наполнить его образами»[10].
Воздействуя на тело, бес возбуждает в человеке чувства похоти, ярости, гнева и т.д. Это наглядно видно на примере святой Иустины, в которой бес, насылаемый колдуном, разжигал чувство похоти и сладострастия, но был отогнан молитвой святой[11].
Воздействуя на волевую сферу души человеческой, демон как бы лишает человека сил, энергии, способности к решительным действиям и всякому действию вообще, но опять же при молитве отходит, будучи побеждён силой Христовой.
Опасение быть прогнанными заставляет бесов избегать открытых нападений и избирать хитрые, обходные пути. Так, иногда они являются подвижникам в образе ангелов света и обманывают их ложными видениями. Преподобный Антоний разъясняет своим ученикам необходимость различения духов и поучает молиться об этом даровании, без которого можно легко впасть в сети лукавых врагов. Бесы даже уверяют иноков: «Мы ангелы». «Легко и возможно,— говорит преподобный Антоний,— различить присутствие добрых и злых сил, когда Бог даёт нам это. Видение святых сил чуждо смущения… оно бывает столь тихо и кротко, что сразу радость, и ликование, и смелость возникают в душе. Ибо посреди них находится Господь, Который есть наша Радость и Сила Бога Отца»[12]. Совершенно противоположно действие тёмных сил. Их явление сопровождается шумом, смущением и страхом. Оно производит всякого рода беспорядок в мыслях и чувствах, а также пренебрежение к добродетели. Но ни при каком видении нельзя терять мужества и самообладания. «Когда воображается какое-нибудь видение, не впадай в страх перед ним, но кто бы оно ни было, спрашивай, прежде всего, со смелостью: “Кто ты? И откуда?” И если это было видение святых сил, они извещают тебя об этом и превращают твой страх в радость. Если же это было нечто диавольское, оно немедленно ослабевает, когда видит тебя укрепившимся умственно, ибо просто спрашивать есть уже доказательство несмущённости. Бесы всячески изощряются, чтобы вкрасться в доверие подвизающихся и замаскировать свою истинную цель; так, они будят их на молитву, советуют поститься, сами поют и читают псалмы»[13].
Присматриваясь ко всем этим действиям, мы видим в них постепенность и плавность. Начинается запугиванием — явлением страшилищ. Если подвижник устоит, тогда бесы начинают принимать образ человеческий — женщин, разбойников, друга, родственников. Если и этим не прельстят, тогда принимают вид ангела света, стараясь обольстить гордостью и уверенностью в собственной святости. Так, преподобный Антоний рассказывает, как «бесы пришли однажды в темноте, имея с собою видимость света, и говорили: “Мы пришли посветить тебе, Антоний!” Но я, закрыв глаза мои, молился. И свет нечестивых погас немедленно»[14]. Обстоятельство, что Антоний закрыл глаза свои с целью избежать видения бесовского света, позволяет нам заключить, что этот свет был, по-видимому, вещественным.
Замечательно житие преподобного Пахомия теми материалами, какие оно даёт о бесовских делах и действиях. Он сам обладал даром различения духов и дал ценные указания о явлениях бесов. Бес, повествует житие, явился однажды ему в образе Христа и сказал, что он есть Христос. Но так как святой умел различать духов, он сразу же подумал: «При видении святых сил мысли видящего совершенно исчезают. И они ничего не рассматривают, кроме того, кто является; а вот я вижу это, думаю и мыслю. Ясно, что видение лжёт. Это не видение святых сил»[15]. И пока он так думал, ложное видение исчезло. Интересным моментом является здесь явление беса в образе Христа. Вообще преподобный Пахомий выражает мысль, что если только появляется тень сомнения при появлении видения, это знак того, что оно бесовского характера, потому что истинное видение захватывает сознание своей святостью и даёт ощущение спокойствия, радости и любви.
Еваргий монах пишет, что бесы различаются по степени зла и силы, выполняя различные служения[16]. Это подтверждает и святой Иоанн Кассиан, говоря, что «одни из них услаждаются нечистыми и срамными похотьми, иные любят богохульство, иные гнев и ярость, иные утешаются печалью, иные тщеславием и гордостью — и каждый ту страсть в сердца человеческие вселяет, какою сам собственно услаждается,— но не все вместе возбуждают страсти, а попеременно, смотря по тому, как требуют время, место и приемлемость искушаемого»[17]. «Мы должны знать,— свидетельствует тот же подвижник,— что не все они (то есть злые духи) имеют одинаковую свирепость и желание, даже не одинаковую силу и злость; именно к начинающим и слабым попускаются для борьбы только слабые духи, а по побеждении этих злых духов всегда постепенно следует более сильная брань против подвижников Христовых. С приобретением сил и успехов для человека увеличивается и трудность борьбы»[18]. И если бы Господь не уравнивал борющихся злых сил, не отражал и не обуздывал сильные нападения, то никто не мог бы перенести их искушения (см. 1 Кор. 10:13). С другой стороны, «мы верим,— говорит преподобный Кассиан,— что демоны [также] ведут брань не без труда, ибо и сами они в этой брани имеют некоторое беспокойство и скорби, особенно когда сразятся с более сильными соперниками, то есть святыми и совершенными мужами»[19]. У всех демонов существует непримиримая ненависть к людям, но сильнее к христианам, а самая сильная — к монахам и тем, кто посвятил себя Богу. Но так как демоны могут вредить людям столько, сколько им Бог попускает, то они довольствуются обольщениями, разными насмешками или подстрекательством к каким-либо лёгким грехам, а когда получат доступ к человеку через малые грехи, тогда переходят к бо́льшим действиям. «У нечистых духов, без сомнения,— говорит Иоанн Кассиан,— столько же занятий, сколько и между людьми. Некоторые из них бывают обольстители и шутники, постоянно занимая известные места или пути, не увеселяются мучением тех мимо проходящих, которых могли бы уловить в сеть, а довольствуясь только насмешкою и озорством, стараются скорее обеспокоить их, нежели повредить… иные бывают столь яростны и свирепы, что не довольствуются тем, чтобы жестоким терзанием мучить только тела тех, в которых вошли, но спешат ещё напасть на проходящих вдали и поразить их жестокими ударами, каковые описаны в Евангелии (Мф. 8:28)… Иные, напыщая сердце одержимых ими гордостью, внушают казаться то величавыми, тщеславными великанами, то униженными, льстивыми, то знаменитыми, достойными внимания всех, то показать, что они поклоном отдают почтение высшим властям, то будто другие воздают им почтение и другие действия совершают гордо или униженно. Иные стараются внушить людям не только ложь, но и богохульство. Мы были свидетелями этого дела, слышали, что демон явно сознавался, что он через Ария и Евномия произвёл нечестие святотатственного учения»[20] (3 Цар. 22:22; 2 Цар. 18:21). Они, то есть Арий и Евномий, потеряв здравый разум, стали внимать духам обольстителям и учениям бесовским, чрез лицемерие лжесловесников, сожжённых в совести своей (1 Тим. 4:1—2). Евангелие указывает на другой род злых духов — немых и глухих (см. Лк. 11:14; Мк. 9:25). Есть духи,— говорит пророк Осия,— разжигатели похоти и сластолюбия, дух блуда обольстил их, и они блудят, отступив от Бога своего (Ос. 4:12). В другом месте Священного Писания говорится, что есть злые духи дневные и полуденные (см. Пс. 90:6).
Итак, как мы видим, демоны имеют своеобразную «специализацию», находясь во зле, имеют некоторую свободу, потому что могут из многих зол выбирать одно, наиболее для них приятное. Этой страстью они и живут, стараясь разжигать ею человека и через то овладевать его душой и телом. Как указывает преподобный Паисий Величковский: «А кто предаются страстям, у того и страсти умножаются, и когда через них лукавый дух завладевает человеком, тогда бывает в душе его всякая темнота, и мрак, и тягость»[21]. Эту мысль также подтверждает святой Иоанн Кронштадтский: «Диавол также стоит у дверей сердечных и стучит и стучит; входит и смущает душу, мучит, язвит, терзает и на всякие дурные дела понуждает, и делает его рабом и пленником своим»[22].
Падший дух, желая овладеть Христовым подвижником, не действует властительски, но ищет привлечь согласие человека на предлагаемую прелесть и по получении согласия овладевает изъявившим согласие. Святой Дух действует самовластно как Бог, приходит в то время, как смирившийся и уничтоживший себя человек отнюдь не чает пришествия Его. Внезапно изменяет ум, изменяет сердце. Действием Своим объемлет всю волю и все способности человека, не имеющего возможности размышлять о совершающемся в нём действии. Напротив того, при демонском явлении всегда предоставляетсясвободачеловекурассудитьоявлении, принятьилиотвергнутьего.
Преподобный Иоанн Кассиан замечает, что «демоны ничего не могут сделать людям, если наперёд не овладеют их душою». В частности, в своей книге он писал о колдовском воздействии двух философов-чернокнижников на Антония Великого. Чародеяние не привело ни к какому видимому результату. Когда колдуны покаялись перед преподобным Антонием в своих злодеяниях, то оказалось, что в дни колдовства святой был искушаем сильнейшими прилогами бесовских помыслов. Этим опытом святой Антоний доказал, что демоны не имеют власти ворваться в чью-либо душу или воздействовать на тело, если прежде не лишат человека святых помышлений и не сделают его пустым и лишённым духовного созерцания. Кроме того, вполне допустимо предположить, что бесы усиливаются за счёт внутренней энергии человека, трансформируемой в страстном услаждении. Если, по словам преподобного Иоанна Дамаскина, ангелы «созерцают Бога, насколько для них возможно, и имеют это пищею»[23], то демоны, для которых созерцание невозможно, могут получить энергию только через человека, приспособляя его энергетику для своего потребления. Для этого они стараются уподобить человека себе, сделав его средой, пригодной для своего пребывания. Человек страстный и грехолюбивый является для них превосходной питательной средой. Раздувая в нём энергию страстей, пожирающую его жизненные силы, демон питается и усиливается в этой среде. Вот одна из причин, почему человек страстный и грешный буквально ослеплён бесами. Столкновение с таким человеком у духовно здорового христианина вызывает чувство ужаса и отвращения. Кроме того, соединяясь с таким человеком, падший дух через его тело в большей степени услаждается страстями. Так, блаженный Августин указывает на бесов, называемых инкубами и суккубами, которые, принимая соответственно образ мужчины или женщины, вступают в половое сношение с развращёнными людьми (названия произошли от «incubare» — занятие блудом). В частности, он пишет: «У мужчины диавол берёт семя, принимая вид суккуба; вводя семя в женщину, превращается в инкуба». Причём эта мерзость, по Августину, совершается демонами низшего порядка. Князь же клана блудных бесов носит имя Асмодея (Asmodeus), что в переводе означает «носитель блуда»[24]. Эти блудные духи с глубокой древности были известны человеческому роду. Так, в Древней Греции они связывались с именем «Пан» (у римлян «Фавн»).
Инкубы и суккубы через порок сладострастия портят человеческие душу и тело и этим делают человека восприимчивым ко всем другим порокам. То есть через общение с этим видом падших духов в душе человеческой образуется постоянно действующий энергетический (мистический) канал, через который любой из демонов может свободно проникнуть в душу грешника.
Современному человеку трудно поверить в реальность вышеописываемого. Но мне лично приходилось сталкиваться с людьми, которые имели половые отношения с демонами, являвшимися им под видом умершего супруга или жены.
Известны также случаи явления суккубов под видом инопланетян и т. п.
[1]Цитируется по брошюре: «Троицкий благовестник. Христианское учение о злых духах». Изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1990. С. 10.
[2]Преподобный Серафим Саровский. «Откровение о цели христианской жизни». По записям H.A. Мотовилова с приложением его же рассказа «Есть ли адские муки», с примечаниями архиепископа Вениамина. Православное издательство имени о. Иоанна Кронштадтского, Париж, 1938.
[3]Цитируется по: Святитель Игнатий Брянчанинов. Прибавление к слову о смерти. СПб., 1881. С. 179.
[4]Святой Иоанн Кассиан //Добротолюбие. Т. I. М., 1883. Гл. 27. С. 665.
[5]Святой Иоанн Кассиан // Добротолюбие. Т. I. М., 1883. Гл. 27. С. 665.
[6]Цитируется по брошюре: «Троицкий благовестник. Христианское учение о злых духах». Изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1990. С. 10.
[7]Цитируется по брошюре: «Троицкий благовестник. Христианское учение о злых духах». Изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1990. С. 12.
[8]Еваргий монах // Добротолюбие. Т. I. Гл. 27. С. 665.
[9] Цитируется по брошюре: «Троицкий благовестник. Христианское учение о злых духах». Изд. Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1990. С. 13.
[10] Там же.
[11]См. Житие священномученика Киприана и Иустины. Четьи-Минеи (октябрь 2).
[12]Иеромонах Василий Кривошеин. Ангелы и бесы в духовной жизни. Вестник Русского Западно-Европейского Патриаршего экзархата. № 22. Париж, июнь 1955. С. 134-137.
[13]Иеромонах Василий Кривошеин. Ангелы и бесы в духовной жизни. Вестник Русского Западно-Европейского Патриаршего экзархата. № 22. Париж, июнь 1955. С. 134-137.
[14]Там же.
[15]Там же.
[16]Еваргий монах // Добротолюбие. Т. I. Гл. 27. С. 665.
[17]Святитель Иоанн Кассиан //Добротолюбие. Т. I. М., 1883. Гл. 27. С. 104.
[18]Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин. Писания. Издание 2-е. М., 1892. С. 293, 304.
[19]Там же.
[20]Преподобный Иоанн Кассиан Римлянин. Писания. Издание 2-е. М., 1892. С. 293, 304.
[21]Преподобный Паисий Величковский. Крины сельные, или Цветы прекрасные. Одесса, 1910. С. 10.
[22]Отец Иоанн Кронштадтский. Правда о Боге, мире и человеке. СПб., 1990. С. 73.
[23]Святитель Иоанн Дамаскин. Точное изложение Православной веры. С. 190.
[24]Блаженный Августин. О Троице // «Молот ведьм». С. 102, 107.