Само слово «духовность» происходит от слова «Дух», которое в православно-византийском контексте означает именно Святой Дух как третью ипостась Святой Троицы. Поэтому духовность с первых веков христианства понималась именно как опосредованное проявление действий Святого Духа в разнообразной сфере человеческой деятельности. Так, в Посланиях апостола Павла выражениям «дух», «духовный», «в духе» придаётся значение: 1) разумного начала в человеке; 2) действия Святого Духа и 3) Самого Лица Святого Духа. Человеческий дух, по мнению исследователей творений апостола, — это «та нематериальная часть человека, которая его связывает с вечным и непреходящим миром»[1]. Это то начало возрождённой жизни, которое Адам не мог передать своим потомкам, но которое даётся Христом; это душа, возвышенная благодатью. Иными словами, — это вершина в человеке, соприкасающаяся с Божественным началом, алтарь, на котором почивает Дух Божий. Если сказать словами святителя Григория Богослова, наш дух есть частица Бога.
Таким образом, непосредственно словом «духовность» будетсправедливоназватьтолькото, чтоосвященодыханием свыше, что носит в себе отпечаток воли Божества, соответствует тому, что сказано в Евангелии и других богодухновенных книгах.
Как указывает святитель Игнатий Брянчанинов: «Всякая красота, и видимая, и невидимая, должна быть помазана Духом, без этого помазания на ней печать тления; она (красота) помогает удовлетворить человека, водимого истинным вдохновением. Ему надо, чтобы красота отзывалась жизнью, вечной жизнью. Когда же из красоты дышит смерть, он отвращает от такой красоты свои взоры…
Ум человеческий не в состоянии отличить добра от зла; замаскированное зло легко, почти всегда обманывает его. И это очень естественно: ум человеческий юн, а борющие его злыми помыслами имеют более чем семитысячелетнюю опытность в борьбе, лукавстве, в ловитве душ человеческих. Различать добро от зла принадлежит сердцу, — его дело. Но опять нужно время, нужно укоснение в заповедях евангельских, чтобы сердце стяжало тонкость вкуса к отличению вина цельного от вина поддельного. Потому-то, доколе сердце не стяжет навыка отличать добро от зла, очень полезен опытный совет ближнего — воспитанника Восточной Церкви»[2].
[1]Подробнее см. в книге: Архимандрит Киприан (Керн). Антропология св. Григория Паламы. М., 1996. С. 79-81.
[2]Святитель Игнатий Брянчанинов. Собрание писем. М.; СПб., 1995. С. 473, 453-454.